5 Октября 2026

Прошедшее летнее трансферное окно очевидным образом подтвердило тенденцию, про которую говорили и раньше: рынок становится все более безумным, а футбольная инфляция растет с просто пугающей скоростью. Все чаще можно читать и слышать о «мыльном пузыре», который, как и положено всем пузырям, рано или поздно должен лопнуть.

АПЛ как драйвер инфляции

Для начала нужно подчеркнуть: тенденция прежде всего касается АПЛ. Но поскольку речь идет о единой экосистеме, то рост трансферных расходов в Англии влияет и на другие страны и турниры.

Согласно данным Transfermarkt, летом 2026-го клубы АПЛ потратили на новичков фантастические 4,123 миллиарда евро. Для сравнения, по итогам лета-2025 было 3,6 миллиарда. Средние расходы на один клуб составили 206,18 миллиона. Сразу 11 клубов побили свои прежние трансферные рекорды, а четыре клуба сделали это аж дважды за одно лето.

Из остальных лиг миллиардную отметку второй год подряд преодолела только итальянская Серия А — 1,16 миллиарда евро. При этом расходы каждого из пяти ведущих европейских чемпионатов вновь превысили 600 миллионов.

С другой стороны, если брать ту же Серию А, то 61 процент из этих 1,16 миллиарда евро пришелся на долю пяти клубов: «Милана», «Ювентуса», «Фиорентины», «Ромы и «Интера», которые потратили на рынке 705,2 миллиона. Расходы распределились очень неравномерно, ведь сразу восемь команд уложились всего в 30 миллионов евро. А «Лечче» и «Кальяри» вообще не пробили отметку даже в 10 миллионов.

В Испании разрыв еще заметнее: из 752 миллионов евро 532 потратили «Реал», «Барселона» и «Атлетико». Следующий за ними «Бетис» ограничился 30 миллионами, а семь клубов не дошли и до 10.

На этом фоне АПЛ смотрится другой планетой. Вернувшийся после более чем 20-летнего отсутствия в элиту «Ковентри» отдает 27 миллионов евро за Калеба Йиренкая, а потом выкупает у «Брайтона» за 25,7 миллиона 25-летнего вратаря Карла Рашуорта, который до того нигде, кроме низших английских лиг, не играл.

«Брентфорд» отстегивает «Лансу» 48 миллионов евро за опорника Мамаду Сангаре. «Астон Вилла» платит «Фрайбургу» 60 миллионов евро за Йохана Манзамби. Да, это талантливый юноша, который запомнился на ЧМ-2026, но ему всего 20 лет, и пока можно только гадать, как сложится его карьера. «Ноттингем Форест» покупает у «Челси» Лиама Делапа за 52,5 миллиона евро.

«МЮ» отдает тому же «Челси» 56,3 миллиона за Андрея Сантоса. Если что, у бразильского полузащитника к моменту перехода не набралось и 30 матчей в АПЛ, а до этого он разъезжал по арендам в клубы поскромнее.

«Тоттенхэм» отваливает «Вест Хэму» 99 миллионов евро за Матеуса Фернандеса. Главный пока хайлайт в карьере молодого человека — запоротый момент в матче с «Арсеналом» в концовке прошлого сезона, который, по сути, и подарил «канонирам» титул.

Список можно легко продолжать и дальше, но и так очевидно: суммы, которые еще не так давно отдавались за больших звезд или суперталантов, теперь платятся за, в принципе, качественных, но рядовых игроков.

В сети можно найти специальные калькуляторы, которые рассчитывают, во сколько сейчас бы обошлись те или иные трансферы из прошлого. Например, «Манчестер Сити» покупал Кевина Де Брейне летом 2015-го за 76 миллионов евро. Сейчас это было бы 185,6 миллиона евро. В общем, что-то близкое к переходам Неймара и Килиана Мбаппе из той же эпохи. Впрочем, считать можно и в обратную сторону. Десять лет назад тот же Манзамби стоил бы не 60, а 25 миллионов евро.

Почему растет футбольная инфляция

Зафиксировав факт стремительно растущей инфляции, нужно попробовать понять и ее причины.

Во-первых, можно говорить о своеобразном эффекте лавины. Несколько недель назад у нас в «СЭ» выходил материал, где рассказывалось, что топ-клубы АПЛ все чаще забирают лучших игроков у середняков и аутсайдеров — статистика показывает, что это четкий тренд последних лет. Нередко, разумеется, при этом переплачивая. Сначала у «Кристал Пэлас» забирают Эберечи Эзе за 69,3 миллиона евро, а затем и Марка Гехи за 23 миллиона. Годом ранее еще и Майкл Олисе уехал в «Баварию» за 55 миллионов. В такой ситуации приходится срочно искать замену готовым игрокам, а времени на развитие молодежи нет. Так появляются сделки вроде покупки Йоргена Странна Ларсена за 49,7 миллиона евро.

Игрока всегда можно потом перепродать за более или менее сопоставимые деньги. Опять же, «Пэлас» зимой взял у «Тоттенхэма» Бреннана Джонсона за 40 миллионов евро. Новичок не прижился, и уже летом его отдали в «Эвертон» за 25 миллионов. Да, потеряли 15 миллионов, но в целом это не так критично, потому что в рамках этой сделки был еще выменян Дуайт Макнил.

Во-вторых, эффект, который можно назвать «все побежали, и я побежал». Пару лет назад в The Athletic был большой материал о том, как работает рынок в последний день трансферного окна. Журналисты поговорили с менеджерами, спортивными директорами, агентами, и оказалось, что иногда все происходит именно по такому принципу. Команда вроде укомплектована, сделок никаких не планируется, но потом один конкурент провернул трансфер, второй, и вот уже начинается: «А мы чего сидим сложа руки?»

Так же и здесь. Кто-то один явно переплатил по каким-то своим причинам, затем другой, и вот уже начинаешь думать, что, в принципе, 60 миллионов за Манзамби — не так уж и плохо. Опять же, все это видят клубы-продавцы по всей Европе и тоже на это реагируют. И вот так постепенно шаг за шагом трансферы за 50 миллионов становятся обыденностью.

В-третьих, то, что можно определить как «гонку вооружений». Ну или вспомнить знаменитую цитату из «Алисы в Зазеркалье»: «Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее». В условиях, когда конкуренты серьезно тратятся на усиление состава, ты не можешь оставаться в стороне и тоже включаешься в эту гонку. Потому что в противном случае есть риск остаться без Лиги чемпионов или вылететь из АПЛ — у каждого тут свои задачи — и, значит, лишиться больших доходов. Все это, разумеется, только разгоняет инфляцию.

Сколько это еще может продолжаться?

Нынешний телеконтракт АПЛ на внутреннем британском рынке вступил в силу в прошлом году и рассчитан до 2029-го. По его условиям за этот период лига получит 6,7 миллиарда фунтов. Плюс еще 6,5 миллиарда фунтов АПЛ выручит за этот четырехлетний период от продажи прав за пределами страны. Суммарно получается более 13 миллиардов фунтов.

Но, скорее всего, это уже очень близко к пределу и далее какого-то существенного роста доходов от продажи телеправ ожидать вряд ли стоит. Если, конечно, вдруг в игру не вступит какой-нибудь стриминговый сервис и лига принципиально не изменит систему дистрибьюции.

Кроме того, известная аудиторская компания Deloitte каждый год выпускает свой рейтинг самых прибыльных клубов Европы. Там учитываются доходы от телевидения, коммерческой деятельности и проведения матчей— то есть все, кроме денег от трансферов. В январе 2026-го вышла очередная версия — по итогам сезона-2024/25. И согласно этим данным, топ-20 клубов в этом рейтинге суммарно заработали 12,4 миллиарда евро, что на 11% выше, чем годом ранее.

То есть доходы богатых клубов продолжают увеличиваться. Это уже не только телеправа, а коммерческая деятельность, выручка от которой у топ-20 самых прибыльных клубов впервые перевалила за пять миллиардов евро.

Так что средства на разгон трансферной инфляции у клубов есть и какое-то время еще точно будут, особенно учитывая, что в топ-20 самых зарабатывающих клубов мира — девять представителей АПЛ. И Матеус Фернандес за 99 миллионов — еще не самое дикое, что мы видели.

Источник: «Спорт-Экспресс»