21 Августа 2026
Виктор Гончаренко столько лет трудился в России, что уже давным-давно воспринимается как свой. Какой же он, в самом-то деле, иностранец? А между тем в реестре тренеров-легионеров РПЛ белорусский специалист уступает по количеству клубов только Божовичу (6:7), а по количеству сезонов (12) превосходит и его.
ЦСКА — особенная для Гончаренко история. Ассистентом Слуцкого он внес вклад в добычу последнего пока золота армейцев, главным же дважды поднимал команду на вторую строчку и брал Суперкубок. Кому в 2017-2018-м этого казалось мало — сравните с результатами следующих тренеров. «Серебряную» высоту из них взял только Федотов. О двух легендарных победах Гончаренко с бандой молодых и нахальных ноунеймов над «Реалом» напоминать излишне. 3:0 на «Бернабеу» — в золотом фонде клуба рядом с 3:2 на «Камп Ноу» в 1992-м. Кстати, та игра в Мадриде до сих пор остается последней для ЦСКА в Лиге чемпионов. Получается, и тут Гончаренко попал в историю.
Теперь Виктор Михайлович выполняет принципиально иную, но не менее сложную миссию. Государственной важности. В начале 2026 года самый успешный тренер Беларуси принял сборную своей страны. И пока с ней не проигрывает: три победы, одна ничья. Спецкор «Чемпионата» встретился с Гончаренко в Минске и расспросил о новом этапе в карьере и жизни. Заодно и предыдущие вспомнили.
— Как проходит среднестатистический рабочий день тренера сборной Беларуси?
— Мы сидим в одном кабинете: я, Ермакович, Шитов и Сосновский. Игорь [Шитов] и Сергей [Сосновский] — мои воспитанники по БАТЭ, а теперь ассистенты. Каждый день собираемся: смотрим фрагменты игр за клубы наших сборников и ведущих футболистов соперников. Обмениваемся мнениями по другим актуальным событиям — будь то чемпионат мира или России. И так каждый день, за исключением окон ФИФА.
— Восьми месяцев хватило, чтобы полностью привыкнуть к новому жизненному и рабочему укладу?
— А мне не пришлось втягиваться. Одно дело — организовывать быт на новом месте, а здесь я дома, все знакомо.
— Три с половиной года назад вы говорили: «Не понимаю специфики работы в сборной». Теперь уяснили?
— Сейчас-то уже конечно. В клубе ты приходишь на работу каждый день, за исключением одного выходного в недельном цикле или трех — в окна ФИФА. Проводишь тренировку, два часа выполняешь какую-то дополнительную работу, общаешься с помощниками — и в 17:00-18:00 уезжаешь домой. Главное — постоянно выходишь на поле. В сборной — иначе: приходишь в офис, а тренировки нет. Ты уже много раз пересмотрел свои игры, соперника, а следующий матч еще далеко. Не скажу, что это хорошо или плохо. Кому-то такой график идеально подходит, кому-то — хуже. Мне нормально, втянулся.
— Родные рады, что папа и муж теперь постоянно рядом?
— Дочка и сын — да. А для жены это дополнительная нагрузка — кормить мужа надо (улыбается). Она уже привыкла: не успел я ей надоесть, как снова куда-то уехал. Выдохнула. Тут же никуда от меня не деться. Устает. Шучу, конечно, но доля правды в этом есть.
— Чем больше разъездов и разлук, тем крепче брак?
— Это общеизвестно. Мы уже забыли, каково это — видеться каждое утро и вечер, а потом еще и все выходные проводить вместе. Тоже испытание (смеется).
— Как ваши дети?
— Дочка 1 сентября пойдет в первый класс. Сын играет во второй команде ФК «Минск», готовится к поступлению. Сейчас размышляем, куда ему пойти после школы.
— Серьезно занимается футболом?
— Футболом в принципе нельзя заниматься несерьезно. Сын любит это дело, с рождения впитал, что это за игра, прошел длинный путь со мной. Стараюсь лишний раз на его игры не ходить, чтобы ни его, ни тренерский штаб не смущать. Стоит мне прийти на «Минск-2», у тренера может подспудно возникнуть мысль, что Артема нужно обязательно поставить в состав. И для сына это дополнительное давление.
Гончаренко отказался от совмещения в клубе и сборной
— О работе в сборной часто говорят как о вершине карьеры, но 98-е место в рейтинге ФИФА на пик не очень похоже. Как вы для себя классифицируете этот этап — как дань родной стране, социальную миссию?
— Я не знаю ни одного тренера, который не хотел бы поработать со сборной своей страны. Думаю, при прочих равных условиях к этому стремятся все — кто-то раньше, кто-то позже. Считаю, если ты здесь вырос, получил воспитание и образование, ходишь по этой земле, то и сам должен что-то обязательно отдать взамен. Не назову это какой-то данью. Мне просто хочется сделать все возможное, чтобы принести нашим людям радость хоть на какое-то короткое время.
— Заждались?
— Гуляя по Минску, я встречаю много людей и вижу доброе отношение к себе. Вспоминают еще наши успехи с БАТЭ. Есть ощущение, что народ чего-то ждет. Это чувство очень приятно и в какой-то степени обоюдно. Тем более сейчас у нас наконец-то появился прекрасный стадион. Это в России, куда ни приедешь, почти везде современные арены чемпионата мира. Самара, Нижний Новгород, Казань, Екатеринбург, не говоря о Москве, Питере, Краснодаре. А в Минске такой стадион только построили. Акустика, качество поля — все на великолепном уровне. Когда играли на нем — с болельщиками, флагами — трудно было поверить, что это происходит в Беларуси. Для меня это было достаточно неожиданно, но очень приятно.
— Со Слуцким или Карпиным не советовались, прежде чем принять сборную?
— У каждого свой путь. Слуцкий и Карпин совмещали, а это немножко другое. На их примере я убедился, что вести одновременно два больших проекта ни в коем случае нельзя — ничего хорошего не выйдет. Совсем не отдыхаешь и очень быстро выгораешь. Когда переключаешься на сборную, страдает клуб – и наоборот. У меня тоже был вариант совмещения, но я от него сразу отказался.
— Нереально вывезти такую двойную нагрузку?
— Сложно найти человека, который ее вывезет. Возможно, Слуцкому в этом плане было чуть легче: тот ЦСКА был готовой командой, которая не могла сильно пошатнуться. А если в клубе есть проблемы, это усугубляет ситуацию. В любом случае я считаю, что работать на два фронта нельзя. Хотя когда-то я имел неосторожность заявить в интервью, что помощником ни в коем случае не буду. Когда пошел к Слуцкому в ЦСКА ассистентом, друзья прислали скриншот: «Как же так?» (Улыбается.) Допускаю, что и тут теоретически возможна такая ситуация. Но на данный момент она меня не прельщает. Любой голове требуется отдых, а работа без выходных очень сильно и быстро выхолащивает.
— Мне кажется, совмещение — вообще чисто советское изобретение и анахронизм.
— Наверное, да. Когда совмещали Лобановский или Романцев, большинство сборников было собрано в киевском «Динамо» и «Спартаке». Второй важный момент: не было такого жесткого календаря, как сейчас. Клубы готовились к сезону по четыре месяца, еврокубки начинались с 1/16 финала. Сегодня же футболисты проводят неимоверное количество матчей. Совсем разные ситуации по сравнению с 1980-1990-ми.
Где будет играть и на что рассчитывает сборная Беларуси в Лиге наций
— Что вы сказали игрокам при знакомстве?
— Говорили о многом, но не думаю, что все нужно выносить в публичную плоскость. Если вкратце, был выдвинут ряд требований, которые следует соблюдать. Меня радует, что ребята не просто механически их выполняют, а делают это с рвением. Мой самый главный посыл: за сборную надо выступать с достоинством и понимать, что люди ждут праздника. Мы должны дать им эту отдушину.
— Июньские игры в Минске с Сирией и Буркина-Фасо стали большим событием для республики?
— Однозначно. Допускаю, что в сложившейся ситуации людям даже без разницы, официальный матч или контрольный. Им просто хочется увидеть сборную и победу. Для футболистов это дополнительный стимул: они понимают, что придут друзья, родственники, поэтому нужно показать себя во всей красе.
— Когда в 2013-м вы надолго уезжали в Россию, сборная Беларуси была посильнее?
— Это бесконечные сравнения. С возрастом нам кажется, что все, связанное с нами, было лучше: и трава зеленее, и еда вкуснее. Так уж мы устроены, что с годами начинаем всех учить и воспитывать. Хотя на самом деле совершали ровно те же ошибки, которые делают наши дети, и были такими же бесшабашными, как и они сейчас. Да, теперь у молодежи другие увлечения, потому что в нашем детстве не было мобильных телефонов. Раньше у футболистов какие были развлечения? Ночные клубы. Новое поколение совсем другое в плане ментальности — их больше компьютерные игры интересуют. Нет смысла сравнивать. Для меня самое главное — добиться максимума от этой команды. В топ-10 или топ-20 рейтинга ФИФА мы не запрыгнем, но навязать борьбу каждому сопернику нам точно по силам.
— Три победы и ничья — ожидали от себя такого удачного старта?
— Приходя, мы еще не знали, какие матчи будут в июне. Знали, что начинать придется с Кипра и Армении. Сказать, что рассчитывали стартовать с двух побед, тоже неправильно. Шли от игры к игре. Для начала нужно было познакомиться с ребятами и установить коннект. Процесс как-то сразу хорошо пошел, что и вылилось в результат. Если киприоты не представляли, чего ждать от обновленной сборной Беларуси, то армяне уже более качественно подготовились к игре, Буркина-Фасо — еще лучше. Что касается результатов, то для меня главным было сыграть на максимуме наших возможностей.
— Но в Лиге наций снова придется играть на нейтральных полях?
— К сожалению. Однако есть и хорошая новость: мы сможем принимать соперников в Венгрии. Все-таки футбол без болельщиков на трибунах — любых болельщиков — так себе ситуация.
— Какие еще варианты рассматривали?
— В теории мы могли бы обратиться в Азербайджан, Грузию, Армению и Казахстан. Но венгерский вариант изначально стоял в приоритете — прежде всего из-за визовой поддержки и логистики. Нужно понимать, что для нас сейчас любой вылет в Европу — непростая история.
— Прием соперников в Венгрии облегчит получение шенгена для дальнейших перемещений по Европе?
— Совершенно верно. Имея на руках официальное приглашение венгерской федерации, мы подаем документы в посольство Венгрии для оформления виз. И в Сан-Марино, Албанию и Финляндию нам оттуда проще добраться, чем из условной Грузии.
— Задача на Лигу наций — выход в дивизион B?
— Перефразирую Васю Березуцкого: неинтересно с третьего места угрожать четвертому. Нужно делать все возможное, чтобы шагнуть вверх. Почему нет? Если бы у нас Испания с Хорватией были в группе, то и задачи ставились бы другие. Мы же понимаем, что это третья корзина, и силы команд плюс-минус равны. Да, албанцы и финны по рейтингу чуть выше нас, но в любом случае — рядом. Поэтому и нацеливаться нужно на первое место. Мне кажется, это правильно.
— В апреле разговаривал в Питере с Мартыновичем. Александр сказал, что в любом случае не сможет вам отказать, если потребуется его помощь, однако считает целесообразным уже делать ставку на молодежь в сборной. Согласны с его посылом?
— Согласен. Мартынович — очень адекватный и умный парень. Я много раз в этом убеждался, работая и общаясь с ним. Как только мы пришли, набрал ему: «Сань, если понадобится твоя помощь, мы тебя позовем». Ответил: «Никаких вопросов. Надо — звоните, приеду. Нет — никаких обид». А у нас сейчас есть ребята, которые очень хорошо смотрятся в центре защиты: Волков и Гомонов из «МЛ Витебск», Пархоменко из чемпионата Болгарии, Тихомиров.
— Почему в РПЛ из шести белорусов более-менее на виду один Печенин?
— Меня очень расстраивает ситуация с Шуманским. Понятно, что в ЦСКА сейчас какое-то свое видение, но по своим качествам Артем способен играть на высоком уровне. По крайней мере, мне бы очень этого хотелось. У него поставленный удар, хорошая скорость, неплохая техника. Иное дело — психология. Она может подвести любого футболиста.
— В «Крыльях» он тоже не раскрылся.
— Любому футболисту важно попасть в свою команду, к своему тренеру, заслужить доверие. Не каждому это удается.
— У другого нападающего, Мялковского, видите перспективы в «Локо»?
— Возможно, если бы «Локомотив» сохранил прошлогодний состав, Мялковскому стоило бы уйти за практикой в аренду. Но с уходом Баринова, Пруцева, а теперь еще и Батракова в команде полностью поменялась линия полузащиты. Продажа Воробьева и травма Комличенко отразились на атаке. Все это в комплексе повышает шансы Мялковского. Надеюсь, теперь ему будут давать больше игрового времени.
Чемпионат Беларуси сегодня: новый лидер, «весна-осень», провальный трансфер Шамара
— Если вкратце, что сейчас происходит в чемпионате Беларуси?
— У нас, как и в России, любят рассуждать о падении уровня чемпионата. Я сторонник более позитивного взгляда на вещи. Мы понимаем, что есть большие футбольные страны. Беларусь к ним объективно не относится. Но и у нас есть достаточно уютные стадионы, на которые приятно приходить. Есть города с футбольными традициями. В Барановичах, Гомеле, Мозыре так же любят футбол, как в условном Воронеже. Меня радует количество команд в лиге — 16. Соответственно, выбор кандидатов в сборную достаточно широкий. Очень много равных, напряженных матчей. Понятно, что в РПЛ уровень в целом повыше, однако и в Беларуси достаточно команд, умеющих хорошо обороняться — как махачкалинское «Динамо» сегодня или — более далекий пример — «Ростов» Бердыева. Приятно, что большинство клубов имеет свое лицо: у «Витебска» оно одно, у «Славии» — второе, у брестского «Динамо» — третье. «МЛ Витебск» пытается всегда играть с позиции силы, минское «Динамо» к этому статус и традиции обязывают. Так что позитива на самом деле достаточно много.
— «Весна-осень» — оптимальная система розыгрыша?
— Как ты формулу ни назови, все равно играем плюс-минус в одни и те же сроки. Другое дело, что, если осенью мы заканчиваем сезон, квалификации Лиги чемпионов приходится ждать больше полугода. За это время команды, как правило, ощутимо меняются. Конечно, призерам логичнее стартовать в еврокубках через месяц после окончания чемпионата. Однако это единственное серьезное преимущество «осени-весны» перед «весной-осенью». Мы же понимаем, что, в отличие от многих европейских стран, не можем играть в феврале: стадионы не будут готовы к такой погоде.
— У России и еврокубков сейчас нет.
— Это же временно. Все надеялись, что возвращение вот-вот произойдет, а оно затянулось. Когда еврокубки вернутся, наверное, нынешняя схема будет целесообразнее для РПЛ. Не вижу смысла в очередной раз все переформатировать и устраивать еще один чемпионат в три круга.
— Минское «Динамо» по примерной стоимости состава на Transfermarkt (около € 9 млн) в 20 раз уступает чемпиону России — «Зениту». В качестве игры такой пропасти нет?
— А во сколько раз Махачкала уступает «Зениту»? В 10?
— Примерно.
— Это тот случай, когда уже не имеет значения, в 10 или 20 раз у тебя дешевле состав. В любом случае «Зенит» — самая укомплектованная команда России. Понятно, что неспроста «Реал», «Барселона» и «Зенит» имеют большие бюджеты и занимают первые места в своих лигах. Взаимосвязь существует. Однако не все футболисты могут играть в топ-командах — кто-то должен выступать и в маленьких клубах. И для тренера такой команды достойно сыграть, а в идеале — победить сильного соперника, тоже большой профессиональный вызов. Это и сборных касается.
— «МЛ Витебск» у вас — это что-то вроде «Анжи» 2010-х?
— Не думаю, что это калиф на час. Владелец клуба очень заинтересован в развитии своего проекта. Строится база. Мне бы хотелось, чтобы они продолжали расти и тем самым мотивировали минское «Динамо», БАТЭ совершенствоваться. Для любого чемпионата полезно наличие такого лидера. Пускай его критикуют, кусают, главное — остальные за ним тянутся.
— Трансфер небезызвестного нам Шамара Николсона в «МЛ Витебск» — разочарование? 15 матчей — 0 голов.
— Наверное, любой новый руководитель на первых порах должен набить шишки в футболе. Приглашение Шамара изначально вызывало вопросы. Понятно было, что это: а) дорого; б) в принципе сомнительный вариант. У клуба был свой неплохой нападающий, но, видимо, решили в преддверии еврокубков усилить атаку и пошли на такой шаг. Как правило, Шамара выпускали на 15-20 минут. За это время проявить свои лучшие качества он не смог. Возможно, играй он постоянно, картина была бы иной — теперь мы этого уже не узнаем.
— Из чемпионата Беларуси сегодня чисто технически полегче уехать в небольшие команды Европы, чем из России, или тоже проблематично?
— В России настоящий прорыв совершил Сафонов, за которого я очень рад. Большой резонанс вызвал бы трансфер в «ПСЖ» Батракова, но, был ли к нему реальный интерес, мы не знаем. Насколько я знаю, есть страны, в которых действует негласный запрет на приобретение россиян и белорусов. Однако он не распространяется на Венгрию, Сербию. Наши ребята сейчас очень хорошо играют в Болгарии. Возможно, белорусам в этом плане сейчас и правда немножко легче, чем россиянам.
Что общего у Месси и Роналду с Джоковичем, Надалем и Федерером
— У вас теперь график посвободнее. На чемпионат мира не ездили?
— Можно было поехать в Мексику, но мы же понимаем, что большинство матчей, включая решающие, проходило в США. А это уже автоматически означает проблемы с визой, долгие перелеты. Я посчитал, что ради нескольких матчей ввязываться в эту историю не стоит — лучше дома побольше игр посмотреть.
— На прошлом Кубке мира Испания вас не впечатлила. Команда де ла Фуэнте — совсем другое дело?
— Сейчас команда была просто великолепна. Испанцы не только без спадов провели весь турнир — ни в одном матче даже не просели! Они навязывали свою волю всем без исключения — будто удавку на шею набрасывали. Выбраться из нее не сумели ни французы, ни аргентинцы. Футбол Испании достоин уважения. Мне кажется, де ла Фуэнте рожден для того, чтобы руководить сборными. Он прошел всю вертикаль – от юношей до национальной команды – и умеет классно подготовить футболистов к финальной стадии.
— В чем кардинальное отличие этой чемпионской плеяды Испании от прошлой, с Хави и Иньестой?
— Испанцы всегда похожи: контроль мяча, координация, цепкая игра, качественные переходы и вбегания из глубины. Они четко понимают, когда пойти за спину. Еще Гвардиола придумал «ложную девятку» с Месси. Фердинанд с Видичем привыкли в Англии толкаться с большим центральным нападающим. Выходят на финал Лиги чемпионов — а его у «Барсы» нет! Для защитников это всегда стресс — непонятно, кто и когда побежит за спину. Испанцы же как раз этим славятся. У них ложные крайние защитники могут оказаться где угодно — и в центре поля, и в нападении. Современная сборная Испании до совершенства отшлифовала эти взаимодействия. Но при этом у них неизменно в центре поля присутствует великолепный опорник, умеющий вести игру. Сколько суммарно наиграли в сборной Бускетс и Родри? Лет 15, наверное. На ЧМ-2026 Родри поначалу критиковали, однако начиная с четвертьфинала он был великолепен. Недаром в полузащите и центре поля сборная Испании превзошла абсолютно всех соперников.
— Какие еще тенденции выявил Кубок мира?
— Самый очевидный тренд — отсутствие ярко выраженного центрального нападающего. Даже Кейна не могу назвать типичной девяткой, потому что он блуждает по всему полю, порою оказываясь даже глубже опорных полузащитников. У Испании, Аргентины, Франции большого нападающего тоже не было. Исчез сам типаж форварда формата Жиру, не говоря уже о гигантах вроде Яна Коллера. Что Месси, что Мбаппе не назовешь классическими девятыми номерами, оба — свободные художники. Все четыре лучшие команды отличали подвижная полузащита, умение прессинговать и отсутствие «столба» в штрафной. Этой тенденции сейчас многие стараются следовать. Другое дело, что в игре бывают моменты, когда нужно дожать соперника, и тогда высокий нападающий просто необходим.
— Вы давно симпатизируете Аргентине. Расстроились за них?
— За них, наоборот, нужно порадоваться. Два подряд мировых финала — это очень хороший показатель. По-моему, только Италия в 1930-х годах и Бразилия в 1958-1962-м дважды подряд выигрывали золото. В современном футболе такое повторить суперсложно. Для меня очень важно, чтобы игроки и тренерский штаб по итогам матча, турнира регулярно задавали себе вопрос: «Мы сделали все, что могли?» Мне кажется, после финала ЧМ-2026 на него утвердительно ответили бы и победители, и проигравшие. Да, аргентинцы не смогли найти рычаги воздействия на такую испанскую сборную, однако только потому, что она была слишком хороша. В любом случае обе команды сыграли на максимуме возможностей. Для Аргентины этим потолком объективно был финал чемпионата мира, но не победа в нем.
— Для Месси это была лебединая песня?
— Мы с грустью наблюдаем, как Месси и Роналду сходят с Олимпа. Однако мне и после прошлого чемпионата мира казалось, что, выиграв все, Лео угомонится. А он еще через четыре года пронес этот запал. Главное – Месси сохранил свою способность взорваться в нужный момент. Он никогда много не бегал. Помню, на глаза попалась статистика, кто меньше всех пробежал в Лиге чемпионов. На первом месте шел Жером Боатенг, центральный защитник, а на втором — Месси, нападающий. Он всегда набирал за матч около 8 км, но вопрос не в беге, а в КПД. В сборной Аргентины это приняли: мы будем обороняться, а ты только атакуй. При этом у Месси сохранились скорость с мячом, дриблинг и та острота действий, которые были присущи ему и 10 лет назад. Понятно, что он тоже может потерять мяч или отдать неточную передачу, однако Месси и сегодня, как никто другой, умеет влиять на игру своей команды в атаке. Сложно представить, каким он будет в 42-43 года, но в случае Месси я бы не спешил говорить «все».
— А Роналду?
— Глядя на великолепную физическую форму Криштиану, тоже не стал бы ничего загадывать. Я как любитель тенниса с интересом наблюдал, как тройка Джокович – Надаль – Федерер на протяжении 20 лет толкала друг друга вперед. Рафаэль с Новаком стремились обойти Роджера по количеству титулов — и в конце концов сделали это. Так и Лео с Криштиану два десятилетия мотивируют друг друга. Почему Роналду никак не закончит? Наверное, потому, что не хочет, чтобы Месси побил все его рекорды (улыбается). Величие этих мастеров заключается в том, что они 20 лет сохраняют великолепную форму, практически не травмируются и очень сильно влияют на игру своих команд. Оба заслуживают глубокого уважения. При всей любви к Неймару или Марадоне, они вспыхивали относительно короткими периодами, а эти ребята с 19 до 40 лет лет остаются на высочайшем уровне! 48 трофеев Месси — это что-то феноменальное.
— Расширение ЧМ приветствуете?
— Для болельщиков, коммерции это, наверное, плюс. К сожалению, в погоне за прибылью чиновники забывают, что сезон для футболистов растягивается до 13 месяцев. Парировать можно тем, что в 1966 году замен вообще не было, а сейчас их уже пять, плюс знаменитая пауза на водопой. Логика в этом есть. Но ведь и интенсивность игры выросла! Футболисты подвергаются колоссальной нагрузке. Я бы вообще отменил дополнительное время.
— Радикально.
— На полном серьезе говорю. Для футбола это просто катастрофа. Дополнительное время приходится, как правило, на конец сезона. Футболисты, которые много играли, уже не в силах его вывозить. Понятно, что Роналду с Месси, скорее всего, пойдут бить пенальти в любом случае, если к тому времени останутся на поле. Но остальные пенальтисты будут даже не второго — третьего эшелона, из глубокого запаса. Для чего дополнительное время, если ничего, кроме повышенного травматизма, оно не несет? На мой взгляд, правильнее было бы после 90 минут сразу переходить к 11-метровым.
Почему ЦСКА 10 лет не может стать чемпионом
— Каким на расстоянии вам видится чемпионат России?
— Мне очень понравился матч «Спартак» — «Краснодар», особенно его первый тайм. Команды показали хороший уровень игры и исполнительского мастерства. Такие встречи привлекают внимание, о них много говорят. Были интересные тренерские решения — в частности, акцент Мусаева на зону правого защитника «Спартака», которую прикрывал Жедсон. Этот футбол очень приятно было смотреть.
— Больше по старинке за ЦСКА следите?
— Я в целом много матчей чемпионата России смотрю. Но за ЦСКА в любом случае слежу, переживаю. Тем более в команде продолжают играть Тороп, Обляков, Акинфеев.
— По-вашему, Игорь не затянул с уходом?
— Мы только что говорили про соответствие Месси и Роналду высокому уровню. Игорь — то же самое. Я долго работал с Акинфеевым и понимаю, что он не просто так побил все возможные вратарские рекорды. Природа щедро его одарила. Быстрота реакции, игра ногами, чтение игры — у него все на высочайшем уровне. Если человек после двух тяжелых травм в 40 лет продолжает играть на высоком уровне, это говорит еще и о характере и профессионализме. На протяжении 20 лет за его спиной перебывало множество вторых вратарей. Дублеры менялись, а Игорь шел дальше. Уверен, что у него и сейчас, несмотря на повреждение, остается запас сил. Я лично за то, чтобы Акинфеев играл как можно дольше, а если нет — передавал опыт молодым, чтобы тот же Тороп принес ощутимую пользу клубу.
— Ваш «крестник» Обляков не достиг потолка в ЦСКА?
— В любой сфере человек рано или поздно достигает потолка. А как ты можешь продолжать расти, если партнеры не толкают тебя вперед? Батраков рядом с Бариновым, Комличенко, Воробьевым — это один игрок, а без них — немного другой. Точно так же и Обляков. К самому Ване тоже можно предъявить какие-то претензии, но надо понять: прогресс футболиста зависит от массы факторов. Это и тренерские идеи, и поддержка одноклубников, и уровень чемпионата, и, безусловно, внутренние резервы. Для меня показатель хорошего футболиста — его стабильная игра у любого тренера. Кто бы ни приходил, он остается в основном составе. Вот Обляков, Умяров — такие. А критиковать будут любого футболиста и тренера, если у клуба нет результата. Особенно — тех команд, которые привыкли бороться за высокие места и по каким-то причинам откатились назад.
— Федор Чалов свой лучший футбол в жизни показывал у вас. Почему так недолго?
— Федя — один из тех людей, кому очень тяжело дается адаптация. Даже в ЦСКА, где все для него свое, родное, он долговато осваивался в первой команде. Когда это происходит, Чалов показывает свой максимум. Феде нужно, чтобы в него верили. Видимо, в ПАОКе не готовы были ждать — требовали результат здесь и сейчас. Думаю, как раз времени и доверия Чалову в Греции не хватило. Я всегда хорошо относился к Кучаеву, однако в какой-то момент у Кости просто посыпались травмы. Сейчас – молодец, более-менее стабильно и солидно в «Ростове» играет. Но чем хороши Чалов с Обляковым — они почти никогда не травмировались и всегда были доступны для игры. Это говорит не только о строении тела, но и о профессиональном отношении к делу.
— Три года назад вы говорили Андрею Панкову: «Сейчас хочу, чтобы Сафонов, Сперцян, Дивеев перешли в другой чемпионат. Пиняев туда же ― Сергей сейчас очень яркое и светлое пятно». Рады за Матвея?
— Конечно, как не радоваться! Вначале мы радовались самому факту перехода, однако Матвей на этом не остановился. Понятно, что Доннарумму Луис Энрике продал, но потом-то Шевалье с помпой купили за € 40 млн. А Сафонов тихонько-тихонько ждал своего шанса — и заслужил его. Я получил большое удовольствие, глядя на Мотю в финале Лиги чемпионов. У него появились уверенность, хорошая наглость. Всем своим видом Сафонов дает понять: «Это мое место, и я никому его не отдам». За Мотю можно только порадоваться. Большой привет ему! И продолжать в том же духе.
— Переход Сперцяна выглядит не так однозначно.
— В карьере футболиста, тренера сложно просчитать что-то наперед. Я лично живу сегодняшним днем. По своим качествам Сперц мог бы повторить карьеру Мхитаряна. Однако тут могут влиять нефутбольные факторы. Да, сборная Армении, но все понимают, что Эдик — продукт российского футбола. Кого-то в Европе этот фактор может отпугивать. Мы же помним ситуацию с «Аяксом»: уже вроде бы все было на мази, а потом трансфер заблокировали из-за происхождения футболиста. Если в 1990-2000-х годах российские игроки пользовались высоким спросом на Западе и успешно играли там, то сейчас они сильно ограничены в выборе. Поэтому не скажу, что переход в Саудовскую Аравию — это однозначно плохо для Сперцяна. Все-таки он уже выиграл чемпионат, много сделал для «Краснодара» и Галицкого и заслуживал шанса попробовать что-то новое. Предложение «Аль-Ахли», как понимаю, финансово устроило и Сперцяна, и «Краснодар». А обсуждения были и будут всегда. Перейди Эдик в «Аякс», его бы спрашивали: «Почему не в «Атлетико»?» Я лично поздравил Сперцяна с новым вызовом и пожелал дальнейших успехов. Может, он еще и попадет в Европу — транзитом через Аравию.
— Сперцян ушел — засверкал Кривцов. Удивлены?
— Нет. Когда его критиковали за лишний вес, Никита был похож не на колобка, а на бизона. Феноменально одаренный физически футболист. Он как танк — 90 минут может в одном ритме работать. Первое время я его прессовал за лишние килограммы, но сейчас могу только порадоваться за него.
В чем прелесть Кривцова — очень хорошая подвижность, несмотря на его фигуру. Прямо сейчас он один из лучших, если не лучший футболист РПЛ по принятию решений в любой ситуации: когда нужно отдать длинную передачу, когда короткую, а когда — пробить самостоятельно. По скорости реакции на эпизод Кривцов, наверное, уже лучший в чемпионате России. Очень быстро принимает решение и исполняет. В матче с «Рубином» он забил три гола. Пускай засчитали только один, однако решения Никита принимал феноменально быстро. Кажется, что он думает наперед намного быстрее вратарей и защитников, поэтому и забивает такие великолепные голы.
— Еще один ваш воспитанник, Дивеев, сменил не чемпионат, но клуб. Одобряете?
— Абсолютно правильно сделал. Могу сказать Дивею: «Молодец». Поступило предложение от «Зенита», ЦСКА был не против — все сошлось. Хотя, с моей точки зрения, ЦСКА совершил ошибку, отдав его «Зениту». Можно говорить, что у Игоря есть какие-то проблемы, но на поле это — фигура. Это начало атаки, руководство, стандартные положения. А за самого Дивеева можно только порадоваться.
— Нет сожаления, что не добрался до Европы?
— В свое время я давал рекомендации европейским агентствам и по Сперцяну, и по Дивееву. Игорь был на карандаше у «Манчестер Сити» после трансфера Зинченко. Видимо, и в этом случае иностранцев отпугивает нынешняя ситуация.
— Удивлены, что Игнашевич до сих пор в телестудии, а не на тренерской лавке?
— Я не знаю всех нюансов: может, семья не хочет из Москвы уезжать или еще что-то. Мое мнение: если поступает предложение, его надо рассматривать, а не ждать лучших вариантов. Это касается не только Игнашевича, но и Васи Березуцкого. Федотова еще можно вспомнить — два года человек не работает. По мне, больше полугода — это уже большая пауза.
— Василия от захода в «Урал» не отговаривали?
— Наоборот, в какой-то степени даже связывал их с Григорием Викторовичем [Ивановым]. Сложность Березуцкого и Игнашевича заключается в том, что они были топ-игроками и всегда пользовались особым отношением. Естественно, они к этому привыкли и ждут того же в тренерской работе. Но ты уже не в том положении, чтобы диктовать свою волю руководителям. Игровые регалии забыты — нужно заново завоевывать авторитет и искать компромиссы. Если ты их не находишь — начинаются проблемы. Независимо от статуса клуба, большой он средний или маленький, эти проблемы неизбежно возникнут. Нужно забыть, что ты был на вершине, искать общий язык и адаптироваться к новым реалиям.
— У вас из армейской бригады самые теплые отношения сохранились с Дзагоевым? Говорит, даже ракетку для падела вашу хранит.
— Дзага — раз, Вася с Лехой — два. С Игорем тоже общаемся. Витя Васин, Жора Щенников — на самом деле много с кем на связи. С Понтусом Вернблумом иногда списываемся. Даже Марио из Бразилии иногда отзывается — с каким-то непонятным переводом. Типа «Привет, Гончаренко» с четырьмя ошибками (смеется).
— С Максимом Головлевым вспоминали ваши слова, что якобы он своей опекой вредил Марио.
— Макс немножко обижался на меня, но это же правда. Магат когда-то сказал: «Нужно выгнать доктора из команды — будет меньше травм». Но Макс настолько фанатично предан ЦСКА и своей работе, что старается в мельчайших деталях передать игрокам ход мысли и интонации тренера, установить идеальный коннект. В Европе ситуация другая: на первых порах иностранцу помогают, а потом бросают — дальше сам. Однако Марио как был ребенком, любящим футбол, так им и остался. Чтобы хорошо играть, ему нужна была помощь. И Макс ее Фернандесу оказывал. Может быть, без этой опеки у него и правда не получилось бы в ЦСКА. Но далеко не о каждом легионере нужно так заботиться. Некоторые явно злоупотребляли добротой Головлева: снять квартиру — Макс, затопило соседей — Макс, поехать в магазин — Макс. Может быть, где-то ему не стоило быть таким безотказным.
— Дзагоев уже на стадии тренерской школы понял, что это не его. Представляете его в этой роли?
— Когда мы тренируемся, у нас плохие тренеры, когда тренируем — плохие футболисты. Это как раз случай Дзаги (смеется). На самом деле, это не каждому дано. Я знаю много примеров, когда футболисты рьяно начинали тренерскую деятельность, но очень быстро к ней остывали. Наша профессия только со стороны может показаться простой.
— Свой самый большой штраф в ЦСКА Слуцкий наложил на Дзагоева. При вас Алан попадал на деньги?
— Я в целом не сторонник денежных наказаний. При мне всего несколько футболистов штрафовались, причем зачастую суммы они определяли сами. Например, в «Урале» говорил: «Накосячили, получили красную карточку — сам решите, сколько занести в кассу». Как-то пришел Газинский: «А почему вы оштрафовали меня на столько, а Бегича — на столько?» Пришлось напомнить: «Юра, ты сам определил размер штрафа». — «А, ну да…» А что касается Алана, у него в последние годы контракт был составлен таким образом, что он получал хорошие условия, только если играл. Когда попадал в лазарет, зарплата автоматически снижалась. Поэтому Алан сам был заинтересован в том, чтобы как можно меньше косячить и чаще выходить на поле.
— Когда вы в последний раз виделись с Гинером, Бабаевым?
— Для встречи с Гинером нужно специально куда-то ехать — в офис ЦСКА или на стадион. Может, соберусь как-нибудь — хотелось бы побывать на «ВЭБ Арене». А с Бабаевым часто перезваниваемся, можем обсудить какие-то вопросы.
— С Онопко не осталось недосказанности после его вынужденного ухода из ЦСКА?
— У меня были и остаются дружеские отношения с Виктором Савельевичем. Он долго не выходил на связь после ухода из ЦСКА, думая, что я этому посодействовал. Через какое-то время Онопко остыл. Я ему позвонил и изложил, как все было на самом деле. Считаю, что такие люди должны продолжать работать на благо клуба, кто бы ни был главным тренером.
— Со Слуцким постоянно на связи?
— Понятно, что не так часто, как раньше, но общаемся. Сегодня утром созванивались. У Слуцкого каждый день насыщенный — даже когда без клуба. Много разных проектов — стараюсь по пустякам не отвлекать. Но когда созваниваемся, то, как правило, надолго. Леонид Викторович не тот человек, с которым можно одну-две минуты поболтать. Он и про свои дела обстоятельно расскажет, и про твои расспросит. Викторович меня в шутку упрекнул: «Ты один из немногих знакомых, кто не приехал ко мне в Шанхай на матч». На самом деле, мне очень хотелось — и с ним повидаться, и город посмотреть. Слуцкий же умеет заинтриговать, красивые видео из Китая сбрасывал. Казалось, вот-вот выкрою окошко — и не успел…
— Слуцкий дал понять, что РПЛ его сегодня не вдохновляет. Понимаете коллегу?
— Когда тренер проводит больше 700 матчей за карьеру, трудно избежать выгорания. Много раз подумаешь, прежде чем принимать очередное решение. Но и надолго выпадать из тренерской работы нельзя, и Слуцкий это прекрасно понимает. Можно послушать на эту тему Клоппа или Гвардиолу. Годами играя через два дня на третий или через три на четвертый без пауз, можешь в сердцах бросить, что не вернешься в чемпионат Германии или в «Барселону». Отдохнув, человек может изменить свое мнение.
— 10 лет ЦСКА без чемпионства. О чем это говорит?
— Первый момент — очень силен «Зенит». Второй — грамотная работа «Краснодара», который параллельно с развитием академии берет правильных легионеров, неравнодушных к команде. В какой-то степени менталитет клуба поменялся. Если раньше там были «фантазисты», которые думали только об атаке, то сейчас у них в обороне отрабатывают все — и Батчи, и Кривцов, и Боселли. «Краснодар» пришел к этому в результате изменения трансферной политики. Мурад [Мусаев] — молодец: четко понимает, как нужно атаковать, но при этом и защищаются они очень качественно. А есть еще «Спартак», «Динамо», продолжающие поиск свежих решений. «Локомотив» остается топ-клубом. Если в 2000-х громадные возможности были у ЦСКА Гинера, до этого — у «Спартака» Романцева, то сейчас ими располагают многие клубы. Конкуренция возросла. ЦСКА хотелось бы пожелать: а) попадать в трансферы; б) верить в тренера. По мне, частые смены тренеров никому не идут на пользу.
— Последним тренером с большим кредитом доверия в ЦСКА были как раз вы.
— Да. При руководящей конфигурации Гинер — Бабаев и Газзаев, и Слуцкий, и Гончаренко подолгу работали. Дальше все немного поменялось. Мнений стало больше, и смены тренеров участились.
— Повышение молодого Игдисамова не напоминает местами собственный старт тренерской карьеры? Вы в 30 лет приняли БАТЭ, он в 40 — ЦСКА.
— Аналогии при желании везде можно найти. В любом случае мне по душе, что свой работает. Это лучше, чем непонятно откуда привезти тренера и поставить во главе большого клуба.
— К «Краснодару» тоже остались теплые чувства?
— А почему их не должно быть? Красивых расставаний не бывает. Но это не значит, что нужно после ухода говорить: я хороший, они плохие. Я уже отметил эффективную трансферную политику «Краснодара». А Галицкий всегда работает по максимуму, будь то бизнес или футбол.
— Не кажется ли вам со стороны, что с годами Сергей Николаевич стал менее категоричным, более гибким в своих футбольных воззрениях?
— Не думаю, что Сергей Николаевич может вдруг стать менее категоричным (улыбается). Мне кажется, каким он был, таким и останется. Единственное – теперь он меньше высказывается в прессе.
— Меньше? Мы его вообще не слышим, к сожалению.
— Ну да, а раньше бывало.
— У вас хватало жестких, авторитарных руководителей — Гинер, Галицкий, Иванов. С кем тяжелее всего было находить компромисс?
— Мне бы не хотелось их сравнивать и говорить: там было хорошо, а там – плохо. И Гинер, и Галицкий, и Иванов, и Газизов создавали большие проекты. Всем им присущи харизма, характер, умение принимать решения. В любом случае с этими людьми ты прошел большой путь и уважаешь их за те усилия, которые они предприняли для вывода своих клубов на другой уровень. Они много сделали для футбола и продолжают это делать.
— «Спартак» видите претендентом на чемпионство?
— Почему нет? Это один из тех клубов, которые предпринимают энергичные действия для того, чтобы что-то выиграть. Недавнее поражение «Спартака» от «Краснодара» ни о чем не говорит. У них сейчас хорошо сбитый и правильно подготовленный состав для того, чтобы добиться результата на фоне «Зенита», который не всегда играет на максимуме возможностей.
Тот самый демарш и губительный трансфер в ЦСКА
— Нашли для себя ответ: что и когда в ЦСКА у вас пошло не так?
— Я уже говорил: тот мой демарш после «Зенита» был ужасен по отношению к команде и болельщикам. Ситуация в целом была плохой, а моя реакция — неправильной. Как раз тогда накопительный эффект усталости в полной мере проявился. Наверное, стоило перетерпеть, многие эмоциональные моменты убрать. Они не пошли в плюс ни ЦСКА, ни мне. И еще один момент, о котором сильно жалею: мы не докрутили момент с непокупкой Гайча.
— Легендарный Гайч…
— Этот трансфер при мне совершили, причем достаточно дорогостоящий: то ли € 10 млн, то ли € 11 млн. Хорошо помню финальную стадию обсуждения. Я был, Березуцкие, Мовсесьян, который вел Адольфо, Орешкин. Леха меня отозвал в сторонку: «Не надо». Я и сам внутренне этой покупке противился. Начали Максиму Станиславовичу свои опасения высказывать, а он: «Да ладно вам, такой путь прошли, вживую видели — надо соглашаться…» Честно, я не видел у Гайча перспектив в ЦСКА. Не зря сейчас все больше команд без высокорослого нападающего справляются. Адольфо — очень хороший парень, однако для команды его трансфер стал жирным минусом. Мы предлагали альтернативу. Не буду называть фамилию, но уверен, что тот, другой нападающий принес бы гораздо больше пользы и клубу, и мне. Понятно же, что тренер зависит от результата, а значит, и от голов нападающих. А у Гайча, когда он играл, КПД был близким к нулевому. В моем случае этот трансфер сыграл большую роль.
— Вы выглядели максимально истощенным морально после Нижнего. Это был самый тяжелый период в практике?
— Работа в больших и маленьких клубах принципиально различается. Для игроков ЦСКА не было большой разницы, с кем играть. Даже перед «Манчестер Юнайтед» в раздевалке чувствовалась уверенность, и мало что способно было ее сильно пошатнуть. А маленькую команду даже дуновением ветра может сдуть. Ты должен каждодневно убеждать футболистов, что они что-то могут, подстраивать тренировочный процесс и так далее. При этом пять или шесть поражений подряд укрепляют игроков во мнении, что ты плохой тренер и ничего не можешь дать им, а значит, тебя надо менять. Такой ход мыслей очень усложняет работу, идеи перестают работать. В футболе быстро все забывается. Когда в «Урале» пошла плохая серия, никто уже не вспоминал, как мы вытащили команду с последнего места. Это очень тяжелая, напряженная работа, которая неимоверно выхолащивает. Я с большим уважением отношусь к коллегам, которые трудятся в маленьких клубах, потому что знаю: это работа на износ.
Я, кстати, не понимаю, почему в сложившейся ситуации в чемпионате России всего 16 клубов. К чему такая напряженная рубка внизу? Получается, за год рискуют вылететь 25% команд: две — напрямую и две — через переходные матчи. А всего в этой борьбе задействовано восемь-девять клубов. Моссаковский говорит: «Зато нет равнодушных — приятно смотреть». Я с Мишей соглашусь, однако нужно понимать, что есть еще и внутренняя работа. Почему мы видим столько трансферов в клубах-аутсайдерах?
— Почему?
— В борьбе за выживание тебе не до развития молодых футболистов — для решения задачи нужны опытные. Как только начинается плохая серия, ты понимаешь: того и этого футболиста нужно менять. Начинаются трансферы. Потом — раз — и на балансе 30 футболистов, и уже не знаешь, куда их деть, потому что никто не хочет уходить. Я, например, при прочих равных старался ставить в «Урале» Игоря Дмитриева, какой бы сложной ни была ситуация. И очень рад, что парень теперь в «Спартаке». То же самое — Ишков. Но в целом в таких условиях сложно развивать перспективных футболистов. Не может половина лиги бороться за выживание — нигде в Европе такого нет.
— Хотите сказать, чем шире золотая середина, тем больше возможностей для развития?
— Конечно. Нам скажут, что увеличатся болото и простор для потусторонних дел, о которых не хочется говорить. Но развитию молодых игроков, смещению акцентов в сторону атакующего футбола расширение лиги однозначно пойдет на пользу.
— Долго вас отпускал предыдущий клубный период?
— Движение айсберга зависит не от надводной, а от подводной части. Так и здесь. Визуально может казаться, что ты уже в норме, однако важнее внутренние ощущения. После каждого периода восстанавливаешься все дольше и дольше. Если первое время отряхнулся и пошел, то потом внимательнее прислушиваешься к своим ощущениям: нет, сон еще не нормализовался, мысли дурные крутятся в голове. Эта усталость имеет накопительный эффект.
— Сегодня лучше справляетесь со стрессами, чем 3-5-10 лет назад?
— Внешне я, конечно, реагирую на какие-то события спокойнее, чем раньше. Многие вещи уже так не раздражают. Я отдаю себе отчет, что ни в день игры, ни накануне не могу гореть — ни к чему хорошему это не приведет. Нельзя передавать свою нервозность команде. Сегодня я лучше справляюсь с эмоциями и до, и после игры. Тем более теперь у меня и график работы другой. Еще Лобановский говорил: тренер не должен различать победы и поражения. Неудачи порой учат лучше выигрышей. Я с этим согласен.
— Многие люди в 40-50 лет начинают всерьез интересоваться вопросами саморазвития, самосовершенствования. У вас такое есть?
— Почему именно в 40 или 50 лет? Для тренера эти вопросы стоят на каждом отрезке карьеры. В любом случае ты находишься в поиске чего-то нового, смотришь чемпионаты мира, Лигу чемпионов, замечаешь тренды, читаешь специализированную литературу. Развиваться и в 60 лет нужно. Анатолий Николаевич Байдачный как-то сказал хорошую фразу: «Надо находить хотя бы 40-50 минут в день на чтение специальной литературы».
— Находите?
— В любом случае, дома или в офисе, стараюсь найти что-то новое или освежить в памяти что-то из старых папок.
— Что из последнего запало в душу?
— На день рождения мне подарили книгу Эдриана Ньюи, выдающегося конструктора Формулы-1. Сейчас ее дочитываю. Как тренер проходит через много команд, так и он сменил не одну конюшню: «Уильямс», «Макларен», «Ред Булл», «Астон Мартин». И везде требовалось принимать непростые решения, выстраивать отношения с пилотами — мне это тоже по-своему интересно. Опыт людей из других видов спорта нередко применим и в футболе.
— В следующем году — 50. Вы довольны развитием карьеры?
— Рано подводить итоги. Да, довольно длинный путь пройден, но хочется пройти еще столько же. Я спокойно отношусь к тому, что было. Где-то был счастлив, где-то — не очень, но это все мое. Я принимаю все свои победы и поражения. Главное не повторять глобальных ошибок.
— Семь лет назад здесь же, в Минске, мы с Денисом Целых спросили у вас, чего хотели бы попробовать из того, что никогда не делали.
— Так. И что я ответил?
— «Есть одна наметочка, но она пока супернеадекватная, чтобы о ней говорить вслух». Теперь можно?
— Оставим это для интервью на 60-летие (улыбается).
Источник: Чемпионат